26 Июня 2012 / Опыт

3 события 

Камиль Курмакаев Автор / Камиль Курмакаев
После окончания МФТИ работал консультантом в Strategy Partners. Получил MBA в Стэнфордском университете. В 2008 году основал вместе с Максимом Фалдиным Wikimart.
3 события

Этим текстом мы открываем серию статей, в которой предприниматели и инвесторы рассказывают, что и кто повлиял на их профессиональный путь. Первый автор — сооснователь Wikimart Камиль Курмакаев.

Может быть, это не слишком оригинально, но больше всего на меня повлияли люди, с которыми я встречался на разных этапах своей жизни.

Первое событие. Будучи студентом четвертого курса МФТИ, я начал ходить в школу горного туризма при Московском университете, где и познакомился с ее основателями Димой и Катей Зеленцовыми (по-моему, они до сих пор занимаются своим детищем). Как я сейчас понимаю, та встреча мне очень помогла и в жизни, и в бизнесе. Может, это покажется странным, но школа была мощной кузницей кадров. Дима с Катей учили ребят, что поход в горы это не просто красивое и веселое занятие, но в первую очередь серьезный процесс. Очень многие из их советов я потом примерял на бизнес, ведь, по сути, они прививали нам правильное отношение к делу, которым занимаешься. Если отправился в горы, отнесись к этому серьезно: заранее подумай, что будешь есть, где станешь спать, какое снаряжение выберешь и почему. Если есть сомнения — почитай умных людей, которые уже проходили этот путь до тебя. Став предпринимателем, я столкнулся с очень похожими вещами — бизнес, как и путешествие, это организованная (!) деятельность. Но самое главное в ней — это уже второй вывод — люди. Моральное состояние тех, кто находится рядом с тобой, важнее всего остального. Потому что если есть дух, правильный климат внутри группы, то можно решить любую проблему. И берется он из нормального, внимательного отношения руководителя к каждому своему человеку. По мере сил я стараюсь применять эти знания в Wikimart. Помню, как меня поразило в школе, что Дима и Катя всегда находили время поговорить с каждым, особенно, если он был новичком: узнать, что им движет, зачем он вообще здесь. Им было не все равно, и люди всегда чувствуют такое отношение и отвечают тем же: раскрываются, загораются, выкладываются —называйте как хотите. Это про лидерство, про команду.

Второе событие. Здесь речь тоже пойдет про конкретного человека — Александра Борисовича Идрисова, основателя компании Strategy Partners, которую несколько лет назад купил «Сбербанк». Я пришел в организацию в 2004 году, и было очень интересно наблюдать за тем, как она превращалась в ведущего российского игрока. Поначалу разделение на этом рынке было совсем уж явным: есть мировые гранды, а есть российские консультанты, и это по определению что-то не очень качественное, «вариант для бедных». Идрисов, человек очень харизматичный, решил сломать это представление. При этом он придавал процессу какой-то сумасшедший драйв, даже страсть. В результате любой человек из команды очень быстро понимал, что мы не просто ходим на работу, чтобы зарабатывать деньги — наша задача построить лучшую компанию в своем сегменте. Понимал — и проникался. Сколько себя помню, мы всегда работали только с ключевыми менеджерами и владельцами бизнесов. Наивно было бы полагать, что мы глобально влияем на их точку зрения, но ощущение, что несем реальную пользу тем людям, которые располагают серьезными ресурсами и принимают решения, было. Еще одна вещь, которую привносил Идрисов в работу, — понимание того, что у нас уникальное конкурентное преимущество в этой стране. Да, есть чему поучиться у западных ребят практически во всех областях регулярного менеджмента, но мы выросли и живем в России, здесь своя культура и никто лучше нас не сможет понять соотечественников. Я много раз видел это в действии: на переговорах с потенциальным клиентом в какой-то момент между вами возникает взаимопонимание — ты просто чувствуешь, что ему нужно, хотя, может, он этого и не говорил. В результате, мы выигрывали многие сложные тендеры, и это учитывая, что у нас был не такой раскрученный бренд и более слабая конкурентная позиция. Наверное, так мы учились избавляться от комплексов... Чуть позднее ребята рассказывали мне одну показательную историю. Я уже уехал учиться в Стэнфорд, когда Идрисов начал переговоры об объединении с одной глобальной компанией. В какой-то момент в организацию высадился десант из западных консультантов. Приходили на работу к семи утра, уходили в десять вечера и все время что-то делали — в общем, какая-то дикая работоспособность. Но вот что удивительно: когда все эти слайды и отчеты агрегировали вместе, то работа в целом получалась бессмысленной — она не давала руководителю никакого принципиально нового понимания или прорыва... Это был формальный подход. Наши ребята разительно отличались: да, могли опоздать или даже наломать дров, но в работе всегда старались заглянуть в суть проблемы. Не хотелось бы, чтобы это выглядело хвастовством, но мы действительно очень часто видели «добавленную стоимость» своей работы — нашли слабое место клиента или придумали ему новую стратегию. Это привело меня еще к одному важному выводу: российские сотрудники могут проигрывать в каких-то формальных вещах и подходах, в дисциплине, но если дать им почувствовать, что они трудятся за какую-то большую идею, то выложатся так, что мало никому не покажется.

Третье событие. После работы консультантом я отправился получать MBA в Стэнфорд. Конечно, это поездка в итоге просто «взорвала мое сознание», я ведь никогда до того не уезжал из страны так надолго. Сейчас я занимаюсь интернет-бизнесом, но самое забавное, что поступая в Стэнфорд, я особо и не знал, что это один из центров притяжения мировой венчурной индустрии. Мне просто понравились отзывы о школе. Я, как и бывает в таких случаях, много сидел перед этим на профильных форумах, изучая мнения выпускников. Как правило, это были очень прагматичные отзывы: про рост зарплат, карьеру и т.д. Про Стэнфорд писали совсем иначе: школа открывает новые горизонты — это нельзя посчитать или измерить. Такое ощущение было мне ближе. Школа дала очень многое, но я скажу только про самое важное.

В Стэнфорде мне привили понимание того, что любой успех очень важно мерить собственной меркой. Чужие «линейки», будь то деньги или должности, очень условны, ведь они придуманы для какого-то другого, причем еще и усредненного человека. Если всерьез об этом задуматься, то очень быстро осознаешь, что они не слишком тебе подходят. В школе я смог еще и проиллюстрировать эту мысль: там было много самых разных людей. Приезжали ребята-финансисты, которые уже тогда добились многого, и было видно, что через несколько лет они будут двигать свои индустрии вперед. Все они были сверхуспешны, но совершенно непохожи, например, на меня. Другие люди с иным мироощущением и способом принятия решений — сравнивать нас было бы глупо.

До приезда в Штаты в моем сознании была только Россия и «остальной мир». Причем то, что происходило за пределами страны, было, конечно, далеко не так важно. Это логично — в конце концов, я здесь родился и вырос. Но картинка мира изменилась после приезда — я осознал, что моя Родина одна из многих стран. В чем-то, конечно, уникальная, а в чем-то совершенно типичная. Как и любое другое государство. Это понимание помогло ко многим вещам относиться более спокойно. Мы вот привыкли нашу систему образования либо ругать («что стало»), либо превозносить («что было»). А на самом деле все зависит от того, с чем сравнивать. Когда мы путешествовали по Бразилии, местные на полном серьезе рассказывали, что не все сельские учителя у них умеют читать. Может, и не такое плохое у нас образование? А с другой стороны, помню, как на Физтехе все важничали, что мы особенные, а потом я приехал в Стэнфорд и увидел ничуть не менее «особенных» студентов. В общем, как посмотреть.

Некоторые выводы помогали напрямую. Например, естественная реакция при выборе идеи нового бизнеса — я это знаю и на примерах друзей, и на собственном — уменьшить его, «приземлить». Очень сложно сказать: «Я построю самый большой супермаркет в стране». Ты думаешь: «Ну, это какие-то специальные люди делают, а я начну, пожалуй, с двух магазинчиков около дома». В Стэнфорде нам говорили, что, грубо говоря, неважно, какого размера бизнес ты начинаешь делать, проблемы будут примерно одинаковыми, а все большие компании построены обычными людьми. При этом в большой бизнес потом легче привлекать финансирование и высококвалифицированных специалистов, а в малом, работая круглосуточно и перебиваясь с хлеба на воду, не факт, что еще и зарабатываешь.

Вообще, Стэнфорд дал в итоге много: это своего рода международный клуб, который помогает найти партнеров или просто получить консультацию. Помогает и найти инвесторов, которые все-таки еще очень боятся идти в в Россию — слишком много стереотипов еще живо.

Таковы три события, повлиявшие на мое мировоззрение. Надеюсь, эти выводы могут помочь кому-то еще.

А также:
Запуск ICO: технический аспект

21.03.2018

Запуск ICO: технический аспект

Автор / Алексей Лыков