17 Января 2014 / Интервью

Руслан Тугушев: «Boomstarter уже давно не является клоном Kickstarter»  

Даниил Пленин Автор / Даниил Пленин
Главный редактор Firrma
Руслан Тугушев: «Boomstarter уже давно не является клоном Kickstarter»

Крауд-тема остается одной из самых горячих вот уже пару лет. И накал не снижается: у противников и сторонников аргументов хватает. Мы решили расспросить о перспективах краудфандинга лидера одной из самых известных российских платформ Boomstarter – Руслана Тугушева.

Как я читал в одном из интервью, будто сначала у вас появилась идея Boomstarter, а затем вы заметили Kickstarter и полностью воспроизвели его.

Да, это так.

Boomstarter до сих пор является клоном Kickstarter?

Нет, уже давно не является. Мы взяли модель Kickstarter и визуальную часть. С одной стороны, была уже определенная известность Kickstarter в России, с другой – до нас было порядка восемнадцати попыток создать уникальные краудфандинговые платформы. Мы решили не повторять их ошибок, а взять ту модель и ту визуализацию, которая доказала уже успешность. На тот момент, когда мы увидели Kickstarter, он был в четыре раза меньше, чем сейчас. Мы были уверены, что не нужно изобретать велосипед, для людей, и для нас, и для создателей проектов, и для спонсоров будет гораздо удобнее пользоваться системой, которой уже прекрасно пользуются миллионы людей. Поэтому, да, в начале скопировали, но в данный момент у нас уже есть дополнительные сервисы, помимо того, что предлагает Kickstarter. Есть раздел проектов, где люди собирают деньги на проекты по классической модели Kickstarter. Есть второй раздел – по продаже электронных билетов. Раздел «мероприятия» – люди могут создавать мероприятия, открывать фьючерсные продажи билетов и в случае успешных продаж мероприятие состоится. На российском рынке около 80% проводимых мероприятий не имеют коммерческого успеха. Они убыточны. Наша модель предостерегает от потери денег. Например, у вас зал рассчитан на 500 человек, и чтобы мероприятие было прибыльное, нужно продать минимум 350 билетов. Вы объявляете минимальный порог в 350 билетов. Если продано 320, все отменяется, деньги возвращаются назад. Если 350 и больше, то мероприятие состоится, все приходят с электронными билетами. У нас есть конструктор зала, собственно продажа и выписка электронного билета, его фиксация. И взаимодействие с пользователями, которые уже пришли. Вы можете в дальнейшем объявлять повторное мероприятие, обращаясь через нашу платформу к этим же самым людям.

Почему решили заняться этим направлением?

Когда мы запускали платформу, то понимали, что российский рынок, и даже рынок СНГ и Восточной Европы, гораздо меньше, чем рынок американский. Поэтому мы уже предполагали, что будем запускать дополнительные продукты, которые связаны с краудфандингом. Примеров когда люди скидываются на что-то в нашей жизни очень много. Еще год назад все похихикивали и посмеивались по поводу того, что в России денег не дают. Год прошел и мы ежемесячно идем с приростом в 30-35%. Ступенька, с которой мы стартовали – очень маленькая. Поэтому когда там к миллионному сбору прибавляется 30%, получается миллион триста, это не слишком заметно. Но каждый месяц развитие ускоряется и не падает. И сейчас есть куча людей, которые уже и на фильмы собрали, и на книги, и на диски, и на игры, на какие-то технологии. А нас еще ругают, что на Kickstarter собирают на новые технологии, а у нас на ерунду всякую. Но никто толком никогда не разбирался из российских аналитиков, каким образом развивался Kickstarter. Мы его разобрали по кусочкам, по косточкам: каким образом развивался, какие проекты собирали. В первый год работы средняя стоимость проекта была $1 тыс. Средний сбор был $1 тыс. на один проект. В прошлом году у них $4 тыс. «стоил» средний проект, а в этом году они приближаются к $10 тыс. Kickstarter тоже растет: начинали с 19 тыс. рублей, потом 27 тыс., сейчас приблизились к 50 тыс. рублей. Это полторы тысячи долларов. Примерно сопоставимые показатели. Получается, как мы отставали на 2-3 года от американского рынка, так и идем.

Как вы оцениваете объем краудфандингового рынка в Рунете?

Краудфандинг в Россию только начинает проникать. Мало людей, которые им пользуются. Как в любой digital-индустрии, сначала появляется какой-то большой игрок, столп, который делает какой-то большой пул, а затем появляются местечковые игроки, отдельный краудфандинг игр, отдельный краудфиндинг музыкальных проектов. У нас сейчас даже еще такого глобального игрока не сложилось, мы только формируем его. Мы прогнозируем, что в следующем году количество людей, которые будут знать что такое краудфандинг и будет им пользоваться, станет расти в геометрической прогрессии. Потому что будут вводиться дополнительные сервисы у платформ и появляться уже именно тематические платформы. Они уже сейчас готовятся, в некоторых местах и будут появляться, консалтинговые компании, которые за комиссию помогать собирать деньги.

А тем самым столпом станете вы?

Мы будем стараться им стать. Вероятность этого довольно-таки большая, потому что есть две платформы в России. Мы работаем по принципу «все или ничего». Наш конкурент работает по принципу «все, что собрали – забираем». Если собрал меньше заявленной суммы, просто комиссия больше. Мы же сторонники принципа «все или ничего».

В говорите про planeta.ru?

Да. Про planeta.ru. Мы считаем, что отдавать деньги автору проекта, который не собрал полностью заявленную сумму, – в принципе удар по самому принципу краудфандинга. Человек, который не собрал полностью деньги и забрал их на создание проекта, либо обманул людей, потому что запросил сумму больше, чем ему на самом деле нужно, или же – если он будет создавать продукт на меньшие деньги, вероятность того, что тот получится плохим, гораздо больше, чем если он получит полный бюджет. Если он создает игру и будет экономить на чем-то, она получится не такого качества, как ожидали те люди, которые заплатили деньги. Если это запись альбома, значит, будет другая студия, другие музыканты, совсем другое количество часов. Значит, и качество звука будет совсем другое. Мы, получается, зарабатываем меньше, потому что комиссию собираем только с успешных проектов, а planeta.ru собирают комиссию со всех. Это ежеминутная прибыль, но через год-два получится, что будет много людей, которые разочаровались в тех проектах, куда они дали деньги, а продукт получили плохой.

Все-таки я хотел бы вернутся к вопросу об объемах краудфандинга в денежном эквиваленте.

На этот год наш прогноз $4 млн.

Это весь рынок?

Да, весь рынок. Он вообще маленький, очень маленький. Это если мы сейчас говорим про классический краудфандинг. Еще мы добавим всякие социальные вещи, тех, кто работает в помощи детям, когда собирают на лечение больных…

Благотворительные инициативы?

Благотворительные организации – тоже краудфандинг, когда люди скидываются на лечение – тоже. Просто направление другое. Есть, например, достаточно известный сайт pomogi.org. Это тоже краудфандинг. Если мы возьмем сюда политический краудфандинг, то цифра совсем другая будет. Просто, непонятно как считать. Если мы, например, говорим про американский рынок, там разделяют на краудфандинг классический, это творческий, политический и инвестиционный. У них даже благотворительность идет как отдельная инициатива в принципе.

Сколько проектов на вашей платформе?

184 на сегодняшний день.

А сколько заявок было подано? Каков процент успешных?

16%.

Это из всех?

Из всех запущенных проектов у нас. Начали мы где-то с 8%. Успешные проекты на сегодняшний день собрали 24 миллиона 586 тысяч 689 рублей.

Вы берете комиссию в размере 5%, если не ошибаюсь.

Да.

Вы в плюсе находитесь сейчас?

В каком плюсе? В операционном – нет.

Это еще запланированный минус?

С момента старта у нас было 2,5-3 года на выход в плюс. Еще полтора-два года нам расти.

А кто в вас инвестировал?

Мы сами инвестируем. Развиваемся на собственные деньги. У нас четыре фаундера, двое из которых занимаются операционным управлением (Руслан Тугушев и Евгений Гаврилин - прим. Firrma). Все мы до этого работали в других видах бизнеса, у нас есть другие компании.

Сколько стоило запуститься?

Дорого.

Сколько нужно денег, чтобы создать подобную платформу?

Чтобы сделать платформу, если сейчас начинать, нужно порядка одного миллиона долларов. Около одного миллиона нужно, чтобы сделать платформу, чтобы все работало, чтобы на ней были проекты. До нас было куча попыток. Но мы знаем, откуда брать проекты, потому и запустили 1351 проект. Никто из наших конкурентов до нас это не делал.

Вот это интересный момент. Откуда брать проекты? Как вы привлекали их в начале?

Это коммерческий секрет. Мы создали определенную структуру, которая позволяет нам ежедневно привлекать до 50 заявок в день. Какие-то отсеиваются, какие-то не проходят по формальным признакам, кто-то не проходит модерацию. Фильтруем достаточно много. У нас много проектов, которые не проходят модерацию, потому что мы сейчас достаточно жестко относимся к ней. Любой негатив, связанный с провалом проекта, может отразиться на нашей репутации. Поэтому мы стараемся.

Может ли человек размещать проект у вас и на него же собирать деньги на planeta.ru?

Да, может, но он деньги не соберет ни там ни там. Аудиторию нужно концентрировать в одном месте, потому что есть эффект снежного кома. Если вы начинаете на одной платформе собирать быстро много денег, а у вас узнают другие люди, будет рост. У нас, например, ежедневно на платформе приходят просто посмотреть на проект от 10 до 30 тысяч человек. Есть люди, которые приходят просто посмотреть, есть те, кто приходит сразу на проект. И в первую очередь они обращают внимание на проекты, которые попали в «проект дня», в рекордсмены. Это тот, кто за предыдущие сутки собрал больше всего денег. Популярные проекты, те, которые попали в нашу еженедельную рассылку – а туда попадают всего три в неделю. Это те проекты, которые попали в наши официальные представительства в социальных сетях, а там аудитория порядка 100 тысяч человек. Чтобы во все категории попасть, нужно приложить свои собственные усилия, привлечь аудиторию, рассказать о своем проекте, показать, что он интересен людям.

Не кажется ли вам, что здесь есть некий минус? Например, человек может придумать какой-то гениальный творческий или технический проект, но с точки зрения публичности, с точки зрения PR он слаб или не умеет работать, привлекать аудиторию.

Да, я понимаю, но есть люди которые и технически хороши и у них хорошие идеи, и умеют продвигать свои проекты – они будут побеждать тех, которые только технически хороши. Это естественны отбор. Люди, которые прилагают больше усилий, больше работают над своими идеями, всегда побеждают.

Но, например, если какая-то звезда привлечена к проекту, то уже сразу вероятность победы этого проекта больше.

Вот этим мы тоже отличаемся от нашего конкурента planeta.ru. У нас практически нет «звездных проектов». Если на planeta.ru каждый второй проект это проект звезды, у нас в основном это люди, которые сами себя создают. Это обычные люди, которые делают свои проекты. Некоторые из них популярны в определенных сообществах, либо они вокруг себя сообщество создали. Вот вы можете назвать Юрия Хованского звездой? Это видеоблогер, у него 150 тысяч подписчиков. Вот звезда он или нет? Он народная звезда. Есть вот другой видеоблогер Руслан Усачев. Он звезда или нет?

Я не знаю этих людей.

Это популярный видеоблогер, который, наверное, в десятке-двадцатке видеоблогеров российских. Насколько они звезды?

Вы планируете выходить на международный уровень, за пределы СНГ?

Так как основная функция платформы – это обработка денег, любые трансграничные платежи всегда вызывают проблемы для развития бизнеса. Именно с этим связано, например, нераспространение того же самого Kickstarter или других платформ на другие рынки. Если вы работаете с платежами, с деньгами, то выход на другой рынок – это создание фактически другого бизнеса. Там есть законодательные ограничения, работа с платежами, свои особенности. И мы в меньшей степени технологическая платформа, чем другие виды бизнеса, которые легко могут выходить на другие рынки. Мы думали об этом, но по всем объективным обстоятельствам мы не планируем сейчас выходить.

Вы поддерживаете связь с проектом после завершения сбора средств?

Нет, когда сбор средств завершен, мы из юридический схемы взаимодействия выпадаем. Автор проекта остается напрямую с тем человеком, который передал деньги. Мы выступаем агентом при передаче денег, затем выключаемся из схемы. Но всегда помогаем тем людям, которые обращаются к нам, например, с жалобами, что какой-то проект задержал свою продукцию. Связывается с автором проекта, просим его объяснить, почему, собственно, происходит задержка. Зачастую бывает, что у них там задержка какая-то с релизом. Обещали сделать в июле, но перенесли, например, на август. Сами понимаете, что создание нового продукта это достаточно сложный процесс и мало у кого получается прогнозировать точно срок выпуска чего-то нового. Кто-то фильм снимает, погоды не было соответствующей для съемок. Они выпускают обновление. Когда обновление выходит, пользователи получают уведомление как у себя на Boomstarter в личном кабинете, так и по e-mail.

Таким образом защита от мошенничества у вас нет?

Защита от мошенничества – это сам принцип краудфандинга. Если у человека нет опыта работы, ему нечего показать, что он делал раньше, если у него нет собственного сообщества, которое ему доверяет и знает его, если у него нет прототипа либо образца работы, который он сделал, то вероятность того, что он соберет деньги, стремится к нулю. Чтобы заработать, вокруг себя надо собрать сообщество, нужно доказать своими делами, хотя бы минимальными, чтобы люди тебе доверяли. Только после этого они дадут тебе деньги. Поэтому, если у вас супер-гениальная идея и вы сделали красивую презентацию, вероятность, что вам дадут деньги, очень маленькая. Нужно, чтобы вас знали, чтобы вы до этого что-то сделали.

Вы планируете привлекать инвестора в ближайшее время?

Мы занимаемся этим достаточно давно, но те суммы, которые нам предлагают, у нас самих есть, а столько, сколько мы хотим – инвесторы говорят, что мы пока столько не стоим. Поэтому чаша весов пока не находится в равновесии.

То есть потребность в инвесторе все-таки есть?

Да, мы можем развиваться быстрее, чем сейчас, при наличии дополнительных финансовых вливаний. Можем расширить некоторые отделы нашей компании, например, отдел привлечения проектов. Можем в технологиях немножко усилиться, тогда будем быстрее развиваться. Мы и сейчас неплохо развиваемся, но можем быстрее с дополнительными деньгами. Находимся в поиске. Еженедельно общаемся с представителями фондов, ангелами, просто с интересными людьми, встречаемся, разговариваем. Да, ищем. В спокойном режиме.