28 Июня 2017 / Мнение

Венчурный Сингапур. Часть 1 

Автор: Людмила Голубкова
Венчурный Сингапур. Часть 1
Управляющий партнер фонда Starta Capital Людмила Голубкова делится впечатлениями от поездки в Сингапур. 

Инновационный хаб

Сингапур – инновационный хаб нового уклада, город-государство. Находясь в центре того региона, который здесь называют South East Asia (SEA), Сингапур не принадлежит ни одной из соседних стран: Малайзии, Индонезии, Таиланду, Вьетнаму, Филиппинам. С Китаем соседские, но осторожные отношения. Австралия и Новая Зеландия находятся вне зоны экономического влияния Сингапура, занимая собственное место в сети интересов международного капитала. Япония – дальний форпост, откуда в Сингапур бегут свободолюбивые интернет-самураи, уставшие от засилья дряхлеющей экономики.

Лучше всего сингапурскую ойкумену отражает плакат, размещенный в местном филиале американского акселератора 500 Startups. Цветом и размером показаны города, в которых следует привлекать инвестиции. Наглядно и познавательно!

26174_original.jpg

Экономический строй Сингапура лучше всего охарактеризовать как госкапитализм. Государство представлено несколькими богатыми семействами, управляющими региональной или локальной  экономикой. В Азии это принято: традиционная общественная структура представлена не персоналиями, а кланами. Борьба с индивидуальной коррупцией (вплоть до смертной казни и посадок членов правящих семей) привела к складыванию системы взаимных уступок в политике и экономике, на которых строится любой частно-государственное партнерство. Фамильные состояния частично идут на поддержание важных общественных функций и политические цели, к которым несомненно относится инновационная экосистема. Сингапурские власти щедро раздают гранты, субсидии участникам инновационной экосистемы, развивают инфраструктуру, компенсируют аренду в коворкингах и дают налоговые льготы, содействуют формированию и защите объектов интеллектуальной собственности.

В плане политики и макроэкономики Сингапур принадлежит Британской империи. В начале XIX века британцы вытеснили с оконечности Малайского полуострова голландцев, а в середине века основали торговый порт, один из важных пунктов всемогущей Ост-Индской компании. Сегодня это один из самых крупных грузовых портов мира, наряду с Дубаем и Роттердамом. Сотни, тысячи кораблей стоят на рейде. Плоская равнина, отвоеванная от мангровых зарослей и прибрежных болот, плавно переходит в воду. Один градус северной широты, всего 137 км к северу от географического экватора. Тропический климат однообразен и предсказуем. Море здесь не туристический объект – это неотъемлемая и важнейшая часть жизни. Сингапур – скусственное образование, здесь все привозное: даже питьевая вода доставляется из соседней Малайзии.

Инвестиции ранних стадий

В связи с указанными геополитическими и социально-экономическими особенностями Сингапура, свободное предпринимательство в американском смысле отсутствует. Инвесторы не свободные акторы, они встроены в сложную систему частно-государственного партнерства. Проекты ранних стадий получают щедрую господдержку. По словам одного из управляющих фондом ранних стадий, если проект не пользуется средствами бюджета или другими формами поддержки государства, частный инвестор не вкладывает. Получение господдержки является не просто формой снижения нагрузки на первого инвестора, но в первую очередь свидетельствует о серьезности намерения основателей. Компетенция в части использования инструментов и средств господдержки инноваций считается одной из основных. 

Редкие стартапы из Сингапура уходят в Кремниевую Долину. Магомет сам не ходит к горе; скорее, сама гора навещает время от времени Магомета. Менеджеры американских корпораций в Сингапуре частые гости: они высматривают подходящие решения и быстро их забирают к себе. В связи с этим «единорогов» в экосистеме не много: Grab (региональный аналог Uber) с капитализацией $1,3 млрд и приобретенная им за $100 млн индонезийская платежная платформа Kudo. 

Среди корпоративных инвесторов много китайцев. Китайский капитал активно рыщет по региону в поисках масштабируемых бизнес-проектов для развития своих предприятий и финансовых групп. Присутствуют и японцы, однако их повестка совершенно отлична от китайцев, хотя и составляет им конкуренцию. Японские инвесторы нацелены на вложение средств своих венчурных партнеров, как правило, корпоратов и чиновников, в быстро масштабируемые проекты для последующей продажи. Если китайцы пытаются встроить инновационные компании в свой бизнес, японцы рассматривают проекты ранних стадий как способ увеличения личных доходов вне основной деятельности. Последнее напоминает отношение к стартапам в нашей стране: система социальных отношений и связей сложилась, бизнес-процессы налажены или изменяются только изнутри корпораций. «Не трогай сервер, пущай работает». Как и российская экономика, японская находится в глубокой стагнации с точки зрения темпов развития и скорости финансового обращения в двух странах. Китайская экономика, напротив, на подъеме. Скорость процессов развития обусловлена жесточайшей конкуренцией Китая и США в Африке и в Азии. Основной инвест фокус китайцев и японцев кажется одинаковым: отрасли – мобайл, медиа, ритейл, сервисы, маркетплейсы + быстрая масштабируемость на потребительских рынках региона. Однако китайцы осуществляют часто acquihire - найм стартап-команд на работу с выплатой небольших сумм. Японцы пытаются строить на стартапах спекулятивный бизнес, продавая их дальше в Америку. Безусловно, указанные способы являются лишь реконструкцией: отдельные фонды и проекты могут действовать по другим схемам.

В целом бизнес-составляющая интересует местных инвесторов гораздо больше, чем технология. Это и понятно: инженерных компетенций как склонности к изобретательству и соответствующего фундаментального научно-технического образования в Сингапуре и окрестных странах нет. Если в Индии высокий уровень математического образования присутствует до сих пор за счет воспроизводства касты брахманов, в SEA такого социального института в историческое время не было. В регионе велика доля населения, занятого в сельском хозяйстве, причем частный сектор мелких крестьянских хозяйств составляет более 70%. Как и в России, эта категория отличается честностью (просроченная задолженность по кредитам составляет всего лишь 1-4%), однако по-крестьянски недоверчива, консервативна и обладает слабой платежеспособностью вследствие распространения натурального хозяйства и бартерных, то есть неденежных форм обмена. Почти все наши сингапурские собеседники отмечали слабый охват населения Индонезии пластиковыми карточками, в связи с чем развиты различные экзотические формы банковских платежей через терминалы в магазинах и платежи со смартфонов и планшетов. Скорее, это не внедрение новых платежных технологий, а даунгрейд – попытка хоть как-то приспособить архаичные способы ведения дел к современным финансовым и информационным технологиям.

29780_original.jpg


Население стран в сфере влияния Сингапура достаточно велико и плотно распределено. В регионе проживает более 600 млн. чел. Самой многочисленной является Индонезия (240 млн. чел.), меньше всего живет в Малайзии (40 млн.). Сам Сингапур не дотягивает и до 6 млн., хотя ход развития города-государства и темпы строительства позволяют предполагать достижение отметки в 10 млн. уже к 2025 году.

Справка. Примерное население стран SEA
Индонезия – 240 млн человек
Филиппины – 100 млн человек
Вьетнам – 92,5 млн человек
Таиланд – 70,5 млн человек
Мьянма (бывш. Бирма) – 55 млн человек
Малайзия – 31,5 млн человек
Лаос – 7 млн человек
Сингапур – 6 млн человек

В то же время подсчитывать потенциальную аудиторию стартапов, ориентированных на потребительский рынок, исходя только из количественных параметров – дело неблагодарное. Сингапурские коллеги-инвесторы постоянно отмечали, что рынок SEA – это рынок молодого населения крупных городов. Это растущий рынок новоукладников – людей, не привязанных к территории, занимающихся сервисом или созданием нематериальных активов (разработка софта, банкинг, финансы). Это не только креативный класс, но и все слои, занятые в технологичной сфере обслуживания, включая гостинично-туристический сектор, ритейл и логистику. Поэтому интернет-магазин масс-маркет косметики для девушек 18-25 лет с какой-нибудь непритязательной «фишкой» может легко занять лидирующие строки в поисковиках и быть супер-успешным.

Инвесторы в Сингапуре четко делятся на несколько групп.

1. Инвесторы ранних стадий в стартапы
Как и в России, это бизнес-ангелы и посевные фонды с чеком 100-500 тысяч. (Суммы указаны в USD, сингапурский доллар SGD = 1,3 USD). Аналогичны подходы к инвестированию: стартап мыслится как быстрый проект, дающих быстрый результат. До прототипа никто не будет даже разговаривать: на разработку даются государственные средства и бесплатные места в коворкингах.

2. Инвесторы стадии pre-A, A
Это основная категория инвесторов, с которой нашей группе удалось встретиться. Чеки варьируются от 500 до 3 млн долларов. Должна быть возобновляемая месячная выручка (MRR) 3-10 тысяч долларов и/или привлеченные большие аудитории в сотни тысяч человек. Всех интересует быстрая масштабируемость в пределах региона.

Некоторые инвесторы этой стадии, особенно корпоративные фонды больших медиа- и ритейл холдингов, смотрят и на совместимость стартапа со своим бизнесом. Решения принимаются «по-семейному»: нравится – берем.

3. Инвесторы следующих стадий
Местный биржевой механизм продажи стартапов, как и в России, отсутствует. Есть подобия биржевых выходов, но исключения лишь подтверждают правило. Здесь появляется лазейка для наукоемких стартапов. В отличие от российской ситуации, где почти все пригодные для дальнейшей продажи стартапы содержат в себе оригинальную технологию, в Сингапуре такие проекты появляются в связке с американцами или индусами.

Возьмем проект Dyna Optics. Действительно инновационный проект: новая конструкция оптических линз для любого типа камер и оптического оборудования. Местная девушка, закончившая магистратуру в Стэнфорде, "нашла" профессора, занимавшегося разработкой линз ассиметричной формы совместно с американцами. Им дали довести конструкцию до опытного образца и встроиться в цепочку, ведущую к Foxconn. Причем они испытывали свои линзы у поставщика компонентов для камер, который в свою очередь поставляет их Foxconn. Слабо представляю, как аналогичный предмет, созданный российскими умельцами, смог бы так глубоко и, самое главное, мягко и быстро забраться.

Отдельное направление – проекты для городской среды и хозяйства. К сожалению, не было возможности встретиться с теми игроками, кто инвестирует в Smart City, агротех, промышленный финтех и проч. Очевидно, в Сингапуре с его растущей экономикой, огромными транспортными, человеческими потоками, возникают проблемы в сферах связи, строительства, экологии, жизнеобеспечения, качества жизни. Косвенным свидетельством интереса к российским технологиям в этих направлениях я увидела прежде, чем оказалась в Сингапуре – на заседании Российско-Сингапурского делового совета. Однако такие проекты, как правило, ведутся на межгосударственном уровне, в рамках давно существующего военно-технического сотрудничества, под эгидой Межправкомиссий. Роль государства здесь определяющая.